На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Спутник

517 951 подписчик

Свежие комментарии

  • Юрий Кувалдин
    Очередной развод на обещания. Копите деньги себе на пенсию, ими будут сейчас пользоваться  власть имущие и не бедству...Светлана Бессараб...
  • Елена Бреслова
    Николай! ну кому Вы пытаетесь что-то доказать?  яйцеголовому боту?  у него одни и теже тупые ответы и всем опостылевш...Николай Стариков:...
  • Александр Батт
    Размер пенсии должен жестко зависеть от общей суммы взноса человека в Пенсионный фонд за все время трудовой деятельно...Светлана Бессараб...

Марина Ахмедова: Она теперь просто ждёт, когда ей скажут, что Россия победила

В поселковом кафе тихо идут поминки. Здесь — приграничье. После распада Союза граница прошла буквально по огородам и по кладбищу. Снаряды с той стороны регулярно прилетают, но сегодня тихо. На столах белые скатерти, красные салфетки. Поминающие не шумят. За мной заходит заместитель главы поселения — Ирина Васильевна.

Она говорит, что сейчас хоронят человека, умершего от болезни, а на прошлой неделе в посёлке хоронили сразу двух бойцов СВО и она — учительница географии — знает их.

Один — Илюшечка — врезался в её память светлым добрым ребёнком, медленно встающим из-за парты отвечать урок. А парта — третья в первом ряду. Илюшечка мог бы умереть ещё в детстве — в свой день рождения. Бабушка и дедушка, родители матери, пошли в магазин за тортом и взяли его с собой. Выходят со двора, а на улице ребята снежную бабу лепят. Илюшечка заинтересовался, к ним побежал, бабушка с дедушкой говорят: «Ну ладно, играй. Сами сходим». По дороге их сбил КамАЗ. И остался Илюшечка у матери один.

— После школы я не видела его, — говорит учительница. — Увидела только в гробу. Но тот был закрытым.

Другой боец — Петенька — был цыганской национальности. Его мать бросила совсем маленьким, уехала жить к новому мужу в Воронежскую область, а тот с Петенькой жить не захотел. Растили его бабушка и дедушка. А когда пришло время выбирать профессию, дядя, материн брат, сказал ему: «Я всю жизнь проработал фельдшером. Эта профессия хорошая — ты всё время людям помогаешь». Петенька отучился в медучилище, а когда началась СВО, записался на неё сам — спасать раненых. Погиб он, когда артиллерия накрыла его товарищей, а он бросился с фельдшерской сумкой к ним. Женщина из ВСУ добила его прямым выстрелом в голову.

На похороны его сюда, в посёлок Белгородской области, съехались цыгане — из Воронежской области, Саратовской, из Пензы, Волгограда. Вся диаспора. И мать родная приехала. В доме цыгане поделились на два враждующих лагеря: одни поддерживали мать, другие были за бабушку. Мать завыла, запричитала, устроила истерику, а бабушка стояла за гробом и зло зыркала на неё. И тут в дом зашла чиновница — Ирина Васильевна, бывшая учительница географии. Её тут же окружила толпа неместных цыган. Глаза у них были, по её словам, чёрные, злющие. «Они б меня закололи, если бы было чем. Такая тяжёлая энергия от них шла», — сказала она.

Цыгане теснили её и повторяли: «За что нам это всё? За что? Ты — власть, скажи, за что?»

— Ваш Петя — герой, — сказала она. — Он погиб, чтобы мы все жили! Я, во-первых, соболезную. Во-вторых, и мне он не чужой, учила его.

— Герой? — недоверчиво спросила одна цыганка.

— Наш Петя — герой? — зазвучал хор голосов.

Цыгане обняли её и плакали, повторяя, что их Петя — какой-то цыган — герой России. А возле гроба продолжала очень громко кричать его мать.

Отсюда Ирина Васильевна пошла на другие похороны — Илюшечкины. Там его одноклассница читала над гробом посвящённый ему стих. Все плакали, в голос рыдали, одна только его мать стояла как каменная. Она не проронила ни одной слезы. И потом в посёлке говорили: «Просто каменная».

Я решила дойти до неё, до этой каменной матери. Захочет говорить — впустит, скажет уйти — уйду. В посёлке было по-прежнему тихо, снег лёг уже на чёрные огороды, но не закрыл их, а сделал чёрно-белыми. Раньше отсюда постоянно ездили на ту сторону. Даже учились там в институтах. Города Союза, которые при распаде отошли Украине, считались более престижными, чем Белгород. Белгород среди местных считался захолустьем, а уж этот посёлок — тем более.
Когда появилась граница, между теми и этими людьми пошло небольшое отторжение, но ненависти со стороны русских не было и сейчас нет. А всю боль, которую испытали поселковые от того, что родственники по ту сторону границы отказались от них, они вложили в любовь к своей стране, стали плести сети, кормить проходящих мимо бойцов.

У каменной матери на столе стоит фотография сына, рядом икона и церковная свечка в стакане с зерном. На столешнице — рюмка водки, накрытая чёрным хлебом. Мать вздыхает, под глазами её — чёрные круги.

— Я такой плохой матерью была, — говорит она мне. — Но я же не знала, что он погибнет. Я думала, он будет всегда. А теперь я одна как перст. И внуков не дождалась. А вы просто так пришли или по делу?

— Просто так.

— Трудно мне с ним бывало. А вы знаете, что он один раз залез с друзьями на чужую дачу, чтобы поесть малины, и зачем-то они унесли из того дома банку кофе? Дело чуть до суда не дошло.

С сухими глазами она рассказывает, что этот светлый парень в военной форме, фотография которого стоит возле Иисуса Христа, был дерзким и не таким, каким его запомнила учительница. Героем, одним словом, не был. Один раз выпил и сел за руль — у него отняли права, с работы уволили. И тогда мать оформила его косить газоны. Утром он должен был выйти на работу, но не пошёл. Она позвонила туда: «Девчат, ну что, сын приходил?» — «Нет. А мы его так ждали». И тогда мать сказала ему: «Либо ты идёшь косить, либо я иду вместо тебя». Сын пошёл, отработал несколько месяцев. Началась СВО, и он сам пришёл в военкомат. Сказал: «Туда не рвусь, но кто-то ж должен».

— А вы говорите, не герой… — перебила её я, и она закричала, что не герой. Что однажды он ей оттуда позвонил и сказал, как ему трудно. Что украинцы лезут отовсюду, как тараканы. Что эвакуировать раненых он ходит без автомата — так легче нести. А она ответила криком: «А я тебе говорила?! Говорила! Я тебя предупреждала?! Предупреждала! Ты на войну попадёшь, говорила я! А ты мне что сказал: «Ой, ладно, мам!»

Она открывала чат с ним и показывала мне переписку. Он рассказывал матери всё. Она знала всех его товарищей, собаку, которую они подобрали (собака погибла чуть раньше Илюши), — и мать ругала его, что они и собаку потащили на войну. Она же не знала, что сын умрёт. Знала его командира, который Илюшечку берёг, но за неделю до его смерти погиб сам. И про то, как они захватили террикон, но его прошляпили. Долгие дни СВО мать жила тем, чем жил её сын. А потом он ей больше не ответил, и теперь мать смотрит в чат, на аватарку сына, на последние слова сына и говорит: «Дык… человека нельзя же ж к жизни вернуть».

— Вы вообще никогда не плачете? — спросила её я.

Она нахмурилась снова, взялась за грудь и сказала, что там у неё — каменное сердце. Вот такая она чёрствая мать. Когда родители в один день ушли, она плакала: оплакивала прошлое, но когда ушёл Илюшечка — окаменела от того, что ушло оно, её будущее.

— Плохая я мать, — повторяет она. — Не говорила ему, что его люблю.

— Но любовь не в словах, — говорю ей я. — Вы знали всю его войну до мельчайших подробностей. Вы жили его жизнью. Это и есть любовь.

— Хочу плакать и не могу, — говорит она, провожая меня.

На кладбище ей вручили орден Мужества сына. Но её ниточка с терриконами, с эвакуациями, с боевыми действиями оборвалась. Она теперь просто ждёт, когда ей скажут, что Россия победила. Говорит, будет смотреть, как отстраиваются освобождённые города. Это единственное будущее, в котором присутствует дух её сына. Она хмурится, я смотрю в её сухие глаза, и мне хочется, мне очень хочется, чтобы это будущее росло вокруг таких некаменных матерей.

Ранее Главный редактор ИА «Regnum» Марина Ахмедова прокомментировала указ Зеленского об «исторически населенных украинцами землях России».

Читайте актуальные комментарии на главные события дня в нашем Дзен и Telegram.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх